Не противоречит ли обряд молитвы догмату о всеведении?

Вы задали очень глубокий богословский вопрос. Я не отец-теолог, но попробую на него ответить. Вы правы: Бог — Всеведущий, Он знает содержание нашего сердца, Он знает все наши нужды. Но человек создан по образу Божию, и богоподобие человека прежде всего заключается в его свободе воли, в его свободе выбирать между добром и злом.

Дело в том, что наша жизнь — это сотрудничество с Богом. Господь никогда нас насильно к Себе не тащит, хотя мы все являемся творениями Божиими. Но не каждый человек приходит к вере, не каждый человек приходит в Церковь, не у каждого человека появляется желание молиться.

А вот когда человек понимает, что он является чадом Божиим и что Бог является истинным Отцом, он тоже протягивает свою руку навстречу Богу, и тогда его жизнь становится сотворчеством с Богом.

И наша молитва есть подтверждение нашего выбора — что мы Божьи, потому что молитва — это прежде всего общение: общение с нашим Творцом, общение с Господом. И часто мы в молитвах просим того или иного, хотя вы правильно заметили, что Господь и так знает, в чём мы нуждаемся, и всегда нам посылает только лучшее и то, что нам полезно в тот или иной период.

Но, опять-таки, мы всегда сотрудничаем с Богом. Иногда мы удаляемся от Него через наши грехи, через наши какие-то греховные движения, и, наоборот, через очищение своей души, исправление нашей жизни по заповедям Божиим мы приближаемся к Царству Небесному, мы приближаемся к Богу. Поэтому молитва как раз является свидетельством того, что мы себя объявляем чадами Божиими.

Господь ведь прекрасно знал, создавая Адама и Еву в раю, что они согрешат, хотя Он дал им чёткую заповедь — не ешьте от древа познания добра и зла.

Но человек согрешил, и ему было необходимо пройти вот этот искус свободы воли для того, чтобы потом через Воскресение Христа снова вернуться в Царство Божие и подтвердить своё богоподобие, заявить себя венцом творения Божия.

Вот поэтому нам необходима молитва, потому что, хотя Господь всё знает, очень важен наш ответ — насколько мы сами хотим быть с Богом или быть без Него.